От Баку до Памира — выяснилось, о чем Пашинян мечтал в оккупированном Агдаме

Оказывается, Никол Пашинян пишет романы. Кто бы мог подумать. Его опус "Обратная сторона Земли", как говорят, после "бархатной революции" стал бестселлером в Армении. Им зачитывается молодежь, ловящая каждое слово нового премьера и рассчитывающая услышать от него ответы на свои вопросы.

Фрагмент из этого автобиографического романа, приведенный в своем "ЖЖ" армянским блогером под ником Пандухт, очень любопытен. Никол описывает свои ощущения, которые пережил во время посещения оккупированного и разрушенного армянами азербайджанского Агдама.

Отправился он туда со всем семейством, и пока его дети играли в догонялки между разрушенными домами, он с женой Анной взобрался на холм, и оттуда они созерцали восток. "Это было непривычное ощущение, — пишет Пашинян: — стоим на земле, хозяином и защитником которой является армянский воин, и эта земля — равнина, настоящая равнина, и с этого места видится бескрайнее. Мы смотрим на восток, и мне кажется, что мой взгляд упирается в горы Памира. Я стою здесь, среди моих единокровных соотечественников, здесь действуют армянские законы, это равнина, и мой взгляд упирается в горы Памира. И я стыжусь, что не принимал участия в этой войне. Мы с женою думаем об одном и том же, но не решаемся сказать об этом вслух. В конце концов, она оказывается более смелой и произносит:

— Как можно эти земли вернуть Азербайджану?"…

Разговоры о мире в Карабахе оказались для Пашиняна лишь рекламой

Написано это было в 2008-2009 году, а издано только в 2018-м. То есть во времена, когда Никол Пашинян еще был в оппозиции и не представлял, что когда-нибудь будет носить дорогие часы и костюмы, отрастит бороду и станет здороваться за руку с президентами. Иначе он никогда не написал бы следующего: "Сердце хочет, желает, чтобы равнина была его, чтобы горы Памира дробились под моим взглядом. А разум говорит: из-за чести нельзя подвергать опасности целое и, как минимум, нужно заявить, громко заявить, что эти поля нам не нужны, что мы готовы эти земли возвратить — во имя мира".

В период, когда сэн-сэем Никола был Левон Тер-Петросян, он осознавал необходимость возвращения территорий для спасения самой Армении, как бы ему ни мечталось остаться "хозяином" всего захваченного и даже больших территорий — далее на восток вплоть до Баку и через Каспий до Памира. В маленькой тесной Армении, как он признается, нет пространства, чтобы прозревать горизонты. Они есть в Азербайджане, и как было бы славно, если бы все это принадлежало армянам. 

Наверняка, стоя на вершине над разрушенным Агдамом и наблюдая, как его детки возятся в политых кровью и слезами мирных азербайджанцев развалинах, Никол Пашинян испытывал чувство гордости. Как раз в тот период, после событий 1 марта 2008 года в Ереване, он находился в бегах и прятался от властей в оккупированном Карабахе. Здесь на него снизошло "просветление", и, вернувшись в Армению, он начал постепенно предавать сэн-сэя в его отношении к карабахскому вопросу. Ведь он увидел эти просторы, которыми "историческая родина" никогда в своей истории не обладала. И вот, в конце ХХ столетия, благодаря большой политике держав, поддержке сильного союзника и деньгам диаспоры ей удалось таки заполучить их. И что, теперь вот так вот взять и вернуть обратно?!..

Не избранный премьером Пашинян помчался за поддержкой в оккупированный Карабах

Интересно, что армянские оккупанты до сих пор не посмели заселить Агдам. Они лишь растащили дома агдамцев на кирпичи, превратив этот большой и богатый азербайджанский город в своеобразный каменный карьер. Заселить вожделенную равнину, о которой так мечтал Никол Пашинян, сепаратисты не смеют. Им мешает не безотчетный страх, а ясное осознание неминуемости расплаты. Оккупанты знают, что эти земли придется возвращать, как бы ни упирались в Ереване. Это чужая земля, она горит под их ногами. Они так же знают, что если начнется война, Агдам будет возвращен азербайджанской армией одним из первых.

Интересно, приходили ли Николу Пашиняну подобные "еретические" идеи в ходе его последнего посещения оккупированного Карабаха, состоявшегося сразу после его запланированного неизбрания премьером? На днях он провел в сепаратистском логове целых три дня — отпуск. Постоял ли он опять на том холме, обозревая свои "владения"? Как-то сомнительно. За десять лет многое в регионе изменилось и бывшему оппозиционеру теперь не до романтических фантазий. Радикализировалось по причине навалившихся проблем и армянское общество, для которого воспоминания о "победе" — это единственная отрада на голодный желудок.

Кстати, в Армении не очень поняли смысл последнего визита Никола в Карабах. Целых три дня он ходил в обнимку с Бако Саакяном, делал селфи с солдатами, проверял состояние солдатского пайка. И что в итоге? Аналитики напоминают, что такой же пиар-вояж он совершил на оккупированные территории сразу после своего избрания премьером 8 мая. По мнению большинства, это очередной популистский ход. В преддверии парламентских выборов практически все политики, имеющие какой-то расчет, будут пиариться за счет карабахской проблемы. Этим занимаются как сторонники Пашиняна , так и его противники в лице Республиканской партии, представители которой зорко следят за его "карабахским" поведением. Николу до сих пор припоминают "пораженческую" политику его гуру Тер-Петросяна и подлавливают на каждом слове.

Тут Пашиняну не позавидуешь, карабахский вопрос загнал его фактически в ловушку. Ведь и отрывок из его книги блогер Пандухт, в блог которого "вход воспрещен только собакам и туркам", опубликовал с определенным посылом. А "Еркрамас", перепечатав текст, особо выделил жирным шрифтом ту часть, что про "возвращение во имя мира"…

Зульфугар Ибрагимов

Источник: day.az

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.


Оставить комментарий

Вы должны войти, чтобы иметь возможность оставлять комментарии.