Чулпан Хаматова: «Нельзя жить только собственной жизнью!»

Чулпан Хаматова — знаковый персонаж нашего времени.

Большая настоящая актриса, общественный деятель, благотворитель. Просто редкий человек. Один из немногих, которому хочется верить…

Недавно актриса театра «Современник», которая также является одним из учредителей благотворительного фонда «Подари жизнь», написала свою первую книгу «Время колоть лед». Это стало поводом для встречи с Чулпан Хаматовой. И актриса рассказала о значимых событиях в своей жизни: о том, как начинался ее творческий путь, о любимой работе, о детях, а также о том, почему, по ее мнению, так важно помогать другим.

«НИКОМУ НЕ ГОВОРИ, ЧТО ТЫ ЖИЛА ПРИ БРЕЖНЕВЕ!»

Чулпан Хаматова родилась и выросла в Казани в семье инженеров. И юность ее пришлась на непростые 90-е.

— В перестройку мне, подростку, было видно, как потерялись взрослые люди, — рассказывает Чулпан. — Учителя в школе не знали, что делать дальше и как учить детей. Уже вовсю перестройка идет, а мы сидим в классе и переписываем «Апрельские тезисы» Ленина просто потому, что учителя не знали, что нужно переписывать из нового. И в глазах у них была паника, а у меня было полное ощущение, что они не знают, как жить, и теперь мы будем придумывать свои правила сами…

У меня недавно был день рождения, ко мне приехала съемочная группа. И там была чудесная молодая девушка-костюмер. Мы сидели и разговаривали, я рассказывала про свое детство и вспомнила день, когда умер Брежнев. Весь город гудел, гудели заводы, люди плакали. А мы с подружкой стояли и стыдились того, что надо было плакать, а у нас не получается. И вот мы пошли домой, нарезали лука, приложили к глазам, потом побежали обратно на улицу — и у нас текли слезы, как у других. Ну все, думали мы, теперь мы настоящие октябрята, такие, какими должны быть!..

Девушка-костюмер меня выслушала и вдруг говорит: «Только никому не рассказывай, что ты жила при Брежневе!»

Сейчас это уже кажется удивительным, но после школы Чулпан поступила отнюдь не в театральный, а в Казанский государственный финансово-экономический институт. Правда, почти сразу передумала — забрала документы и успела поступить в Казанское театральное училище. Ну а уж там преподаватели быстро разглядели в девушке большой талант и… отправили ее в Москву. Так Хаматова попала в ГИТИС. А теперь признается, что первое время в чужом и большом городе было ой как непросто.

— У нас был театральный институт без единого выходного дня, — говорит Чулпан. — В 9.30 — первая лекция, а в час ночи на последнем поезде метро я возвращалась в общежитие. Это был четырехлетний бег. Так что по поводу завоевания Москвы рефлексировать совершенно не было времени — надо было учиться, учиться и учиться…

Мне очень помогали родители, без конца присылали гречку, тушенку. Это съедалось в первый же вечер всем общежитием в надежде на то, что скоро кому-то из ребят тоже что-то пришлют родители и мы так же быстро это съедим…

* Она дарит детям жизнь

 

«Я С ЦЕНЗУРОЙ НЕ СТАЛКИВАЛАСЬ»

С 1998 года и по сей день Чулпан Хаматова служит в театре «Современник». Не так давно в прессе прошла информация о том, что актриса уходит из театра. Однако сама она говорит, что это совсем не так — речь идет лишь о творческом отпуске.

— Моя профессия — это мое счастье! — продолжает Чулпан. — Всей жизни моей не хватит, чтобы насладиться ею! Актерская профессия очень глубокая, она меняет мир, и это я ее недостойна, а не она меня. Я знаю, что происходит со мной после шедевров, просмотренных в кино или театре. Когда посмотрела фильм «Нелюбовь» Андрея Звягинцева, я стала другим человеком! Поэтому нет, я не разочаровалась в своей профессии.

Однако при этом актриса считает, что театр и кино переживают сейчас далеко не лучшие времена.

— Раньше у меня было полное ощущение, что Россия находится на таком подъеме! Появлялись такие имена, языки, почерки! Но потом все замерло, и сейчас непонятно, что будет дальше. Сейчас художники сто раз подумают, потому что у каждого включается самоцензура, ведь кто-то может обидеться, оскорбиться…

Я в этом отношении счастливый человек, с цензурой не сталкивалась, хотя за спектакль «Голая пионерка» нам, конечно, досталось. Но люди высказывали свою точку зрения, никто ничего не запрещал. А сейчас хоть правила и обозначены, но как по ним жить — непонятно…

«ПОКА МЫ ЖДЕМ И НАДЕЕМСЯ, ДЕТИ ПРОДОЛЖАЮТ БОЛЕТЬ»

Кроме актерской работы у Чулпан Хаматовой есть еще одно дело, которое сама она называет делом всей своей жизни. Уже много лет актриса привлекает внимание общества к проблемам онкобольных детей.

— Некоторые нас критикуют: дескать, деньги нужно просить не у частных лиц, а у государства. И я с ними согласна! — говорит актриса. — Но пока мы ждем и надеемся на государство, дети продолжают болеть. Живые, конкретные дети из конкретных семей. И допустить, что этот ребенок погибнет, так и не получив помощи, — как-то не по-взрослому…

Актриса считает, что нужно работать с той властью, которая есть. А с некоторых пор одним из друзей фонда «Подари жизнь» стал Герман Греф.

— Только с появлением Грефа у нас началось прогрессивное движение. А до этого я помню, какое количество звонков нужно было сделать, сколько энергии мне нужно было затратить на то, чтобы просто пробиться на очередной уровень и объяснить, почему это выгодно стране.

* «Театр — это семья, фонд — это работа»

 

Актриса признается: на все, что она делает, тратится очень много сил и энергии. Но еще больше сил и энергии она получает, когда видит своих подопечных живыми и здоровыми.

— Вот мы приезжаем на гастроли в Уфу, я без сил выхожу под аплодисменты на сцену, получаю цветы и вдруг слышу, как кто-то мне шепчет: «Вы меня помните?» И оказывается, это наш мальчик, для которого восемь лет назад мы собирали деньги. И вот он стоит передо мной — живой, здоровый, красивый — и дарит мне цветы! У меня тут же от радости хлынули слезы из глаз…

Не успела прийти в себя, как ко мне наклоняется другая голова: «А меня вы помните?» Я поворачиваюсь, а это девочка Эля, красивая такая! Я стою между ними и понимаю: та энергия, которую я потратила, ничто по сравнению с той, которая переполняет меня сейчас!

В биографии Чулпан Хаматовой есть еще один интересный момент: ее старшие дочки (всего у актрисы три дочери) появились на свет незадолго до создания фонда «Подари жизнь». Поэтому про эту мамину работу они знают все, что называется, с пеленок.

— Когда средняя дочка училась в третьем классе, в школе им задали написать сочинение на тему, кем работают родители. Учительница дала мне потом почитать это сочинение. Там было написано, что мама работает в фонде «Подари жизнь», дальше описывается вся моя работа в этом фонде. И ни слова о том, что я работаю в театре, хотя 80 процентов своих вечеров дочь проводила за кулисами.

Да, театр — это почти семья, а работа — это фонд «Подари жизнь». Мои дети появились вместе с фондом, и другой жизни они не видели. Они все время вовлечены в мои дела, держат руку на пульсе. Они знают диагнозы, знают, отчего выпадают волосы при химиотерапии… И даже критикуют меня, когда это нужно.

Например, дочка раскритиковала название книги, которое мы сначала придумали, сказала: «Это старперское название!» Пришлось искать другое.

Да, наверное, они страдают из-за того, что время, которое уделяется мною чужим детям, забирается от них. Но шаг за шагом к ним пришло понимание, что по-другому нельзя. Нельзя жить только собственной жизнью — это неинтересно и нечестно…

Источник: mirnov.ru

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.


Оставить комментарий

Вы должны войти, чтобы иметь возможность оставлять комментарии.